Исторический период

– Куман, я уверен, мы выиграем Лигу.

– Спокойно, Христо, это лишь первая игра, и все может случиться.

– Вот увидишь, мы станем чемпионами.

Таков был мой диалог с Рональдом Куманом, едва свер­шился мой дебют в «Барсе». Мы только что выиграли у «Эспаньола» 1:0, и победный гол забил я. Лучшего начала карь­еры в Испании нельзя придумать. Я пребывал в эйфории.

В подготовительном периоде, особенно в первом предсезон­ном турнире, я заметил, что публика меня воспринимает хорошо. Во время финала с бельгийским «Андерлехтом» зрители сканди­ровали мое имя, после того как я забил впечатляющий гол, пере­бросив мяч через вратаря. Первый гол в Лиге оказался похож на этот. Такие голы требуют техники, и мне нравилось пользоваться этим приемом. Это очень смотрится, если получается хорошо. А у вратарей вызывает особую досаду.

Мне продолжало везти, и в первых трех турах я не поки­дал поля без гола. После «Эспаньола» добился результата дома с «Валенсией» и на поле «Бетиса». Наша команда выигрыва­ла без проблем, владея мячом большую часть времени и вы­нуждая соперников находиться в постоянном напряжении. Иногда становилось очевидным их бессилие. Как следствие, я получил первый серьезный удар по ногам. Его мне нанес Каминеро, в ту пору свободный защитник «Вальядолида». Мы у него выиграли на «Ноу Камп» 1:0, хотя и могли забить несколько мячей. Атакуя с фланга, я стал уходить от него в центр, и когда уже оставил позади, получил чудовищный удар. Арбитр не сделал ему даже предупреждения, будто забыл кар­точки в раздевалке. Какие могут быть комментарии!

В девятом туре на стадионе «Висенте Кальдерон» в Мад­риде нас принимал «Атлетико», как предполагалось, самый серьезный соперник в Лиге. Игра сложилась крайне неудач­но. Началось с травмы Рональда Кумана. У него оказался разрыв ахиллова сухожилия, и он выбыл почти до конца се­зона. Потом я забил гол, воспользовавшись грубой ошибкой вратаря, но в итоге мы проиграли 1:2, считаю – незаслужен­но. Я был раздосадован настолько, что в момент финального свистка на глазах появились слезы. А тут еще служащие ста­диона «зацепили» меня, и возникла перебранка перед разде­валкой. Хорошо, что все закончилось мирно. Мечталось про­йти без поражений всю Лигу, потому и такая реакция.

Дальнейший путь мы продолжили без Кумана. Капитан коман­ды Хосе Рамон Алесанко занял его позицию. Мы потеряли в дви­жении, зато обрели большую уверенность в обороне. Алесанко на закате карьеры показал все, что умеет, и провел сезон гениально.

Пятнадцать дней спустя состоялся мой первый хет-трик в составе «Барселоны». Общий счет был 6:0, команда «Кастельон» довольно средняя для Лиги. Но мы стали внушать страх соперникам, а я обретал необходимую форму, стал луч­ше понимать партнеров и чувствовать себя все удобнее в системе игры Круиффа. Все шло, как по маслу, но наступи­ло это несчастное 5 декабря 1990 года, день моего удаления, о котором я рассказывал раньше.

Я пропустил девять игр, в которых моя команда набрала че­тырнадцать очков. Партнеры показали образец профессионализ­ма, добившись почти максимума в отсутствие Кумана и меня. Домашние игры я смотрел с трибуны, выездные – по телевиде­нию. И завидовал белой завистью товарищам по команде. В ин­тервью телевидению Каталонии после первой пропущенной встре­чи я сказал, что это настоящая пытка для спортсмена – видеть, как товарищи ведут борьбу, и не иметь возможности им помочь.

Уверенность, что мы будем чемпионами, еще более укре­пилась. Команда играла очень хорошо, быстро и относительно легко забивала мячи. Все давало основания считать, что мы положим конец триумфам «Реала».

Дисквалификация закончилась, и после двух с полови­ной месяцев простоя я поехал с «Барсой» в Вальядолид. Снова испытывал волнение, словно впервые включенный в коман­ду. Моя дочь Михаэла проводила меня поцелуем и сказала мне, что я забью два мяча. «Барселона» победила. 5:1, но я так и не вышел на поле.

По дороге из Вальядолида не обошлось без происшест­вия. У Йохана Круиффа случился, как оказалось, сильней­ший сердечный приступ. Это прошло мимо нашего внима­ния, но по возвращении его госпитализировали, и в резуль­тате операции на открытом сердце врачи спасли ему жизнь. Мы навестили его в больнице. Внизу собрались сотни лю­дей, журналистов и любопытных, интересовавшихся его здо­ровьем. Встретили там его жену Денни и троих детей. Худ­шее было уже позади. Нам разрешили повидаться с ним. Я начал потеть, глотать слюну, словом, очень нервничал. Даже сам Круифф это заметил, предложил мне сесть и успокоить­ся. Говорили только о футболе. Помню, я сказал ему, чтобы он не беспокоился и что к его выходу из больницы мы пос­тараемся иметь титул чемпионов Лиги в кармане.

Его заменял Карлес Рексач. Он более открыт, более ду­шевно, по-дружески относится к игрокам. Круифф, конеч­но, внушал уважение, он всего достиг, будучи одним из луч­ших, игроков за всю историю футбола, а как тренеры они смотрели на футбол одними глазами. Поэтому с Рексачем все продолжалось, как раньше. Команда была способна решить любые проблемы. Психологически игроки были настро­ены только на победу.

Первый матч без Круиффа мы выиграли у «Тенерифе». Было много нервов и мало футбола. Но в следующей игре все встало на свои места. Мы отправились в Бильбао и разгромили «Атлетик» Хавьера Клементе 6:0 с четырьмя моими голами. Клементе сомневался в эффективности нашей системы и намеревался противопос­тавить ей свою, но тщетно.

От этой игры в памяти остался один гол, который отношу к числу лучших в моей карьере. «Атлетик» подавал корнер. Субисаррета овладел мячом и быстро рукой адре­совал его Гойкоэчеа. Хону Андони стоило усилий не упустить этот мяч за пределы поля, но все же одним касанием он переадресовал мяч вперед. Я стартовал от нашей штрафной. Подхватив мяч, об­вел всех соперников, что попались на пути, и низом послал мяч в сетку. Все произошло в считанные секунды. Стадион мы покидали под аплодисменты поклонников «Атлетика». Так бывает редко. Я запомнил этот вечер – 10 марта 1991 года.

Двадцать дней спустя мы сделали ничью на «Ноу Камп» с «Атлетико» из Мадрида, и победа в Лиге стала лишь вопро­сом времени. За пять туров до конца этот момент наступил. Все было готово для большого праздника, для фиесты, апо­феоза. «Барса» играла в Кадисе с местной достаточно слабой командой. Я не поехал, потому что неделю назад получил травму. Игру передвинули на субботу, чтобы каталонцы смог­ли посмотреть ее по телевидению. Это ведь для них празд­ник. Наш президент Хосеп Луис Нуньес сопровождал коман­ду, что случалось не часто. С ним прибыло почти все руководство клуба. В Барселоне был заказан праздничный ужин.

Круифф решил приберечь нескольких игроков основного состава: в следующую среду предстояло играть финал Кубка кубков с «Манчестер Юнайтед». Никаких осложнений не пред­виделось. И я спокойно брился, готовясь к торжественному вечеру, когда началась игра. Моя жена сидела у телевизора.

– Христо, «Кадис» забил гол.

– Ничего, сейчас отыграем.

– Послушай, они забили второй, тебя это не пугает?

– 2:0 для нас сущий пустяк.

– Ай, ай, ай, Христо, третий…

Отложил галстук, фрачный пиджак, надел спортивный кос­тюм. Стало ясно, что сегодня фиесты не будет. Закончили 0:4. На следующий день «Реал Сосьедад» выиграл у «Атлетико» из Мад­рида 2:1, и только так «Барселона» через шесть лет снова стала чемпионом Лиги. Все пошло вопреки планам. Конечно, игроки, как полагается, собрались на стадионе, чтобы оттуда вместе на­чать праздничные мероприятия, но особой радости не было. Не очень-то приятно становиться чемпионами Лиги после пораже­ния 0:4. Уж лучше бы мы получили необходимые два очка в сле­дующем туре на своем поле.

Народ вышел на улицы с флажками, шарфами и другой клубной атрибутикой. Барселона ликовала, несмотря ни на что, и мы чувствовали себя счастливыми, особенно при виде этих людей, которым мы доставили огромную радость. Мож­но было с гордостью, признавая свое превосходство, смот­реть в сторону Мадрида. Народ шумел, пел, плакал… Все улицы были забиты людь­ми. Негде было яблоку упасть. Старые и малые скандировали наши имена. Ничего подобного я не видел. Однако это не доставляло ожидавшейся эйфории. Весь год мечталось о славе, а она пришла через поражение соперника. И все же мы – чемпионы, как я и го­ворил Куману после первого тура. Конечно, я напомнил ему о том прогнозе: «Вот ви­дишь, Рональд, Лига наша!».

По тому сезону, прежде все­го, хочу отдать дань Хону Андони Гойкоэчеа. Повторяю, он гениально провел сезон. Кто не помнит его великолепные про­ходы по правому флангу! Кто не вспоминает его голы «Майорке» и тот невероятный «Ювентусу» в полуфинале еврокубка! Он и Эусебио составили лучшее пра­вое крыло в Европе. Иногда они у себя на краю играли так кра­сиво, что, находясь на противо­положном фланге, я от восхище­ния забывал подключаться и опаздывал на передачи Гойкоэ­чеа в центр штрафной. По-мое­му, он был лучшим игроком Лиги сезона 1990/91.

В том сезоне я сыграл 24 встречи из 38. 23 раза выходил в основном составе и однажды на замену, сыграл в целом 1844 минуты. «Заработал» шесть пред­упреждений, забил 14 мячей, два из них с пенальти.