Стопроцентный Стоичков. Пролог.

Пролог

Сегодня сайт «Сервантес» представляет вашему вниманию автобиографическую повесть, написанную в 1995 году двумя испанскими журналистами Франсиско Агиларом и Хавьером Торресом со слов обладателя «Золотого мяча»-1994 Христо Стоичкова и множества футбольных персонажей и переведенную на русский язык Львом Костаняном

(Печатается с небольшими сокращениями и примечаниями переводчика)

Я поднялся по 39 ступенькам, отделяющим футбольное поле стадиона «Уэмбли» от ложи почетных гостей, не спуская глаз с Кубка европейских чемпионов, ощущая неописуемое волнение. Нечто похожее я испытал чуть раньше, когда Рональд Куман забил гол. Не было сил, чтобы подбежать и поздравить его. Не знаю, уловило ли этот момент телевидение, но я упал на землю, хмельной от воз­буждения и радости.

Когда же я достиг того места, где находились руководите­ли УЕФА, когда в моих руках оказался Кубок европейских чемпионов, я поставил его на голову и, усевшись на перила, закричал, что было мочи: «Смотрите, этот Кубок у болгари­на!» Меня переполняло чувство гордости за мою родину, за мой народ, который, должно быть, радовался этому так же, как и все «gent blaugrana»* на «Уэмбли» и в Каталонии.

Наконец-то я стал обладателем Кубка европейских чемпи­онов». Подписывая контракт с «Барсой», я говорил, что своей целью вижу достижение с ней победы в Ла Лиге, «Зо­лотого мяча» и Кубка чемпионов. Многие тогда, должно быть, думали, что я слишком о себе воображаю. Но я искренне ве­рил в это, и вот все сбылось. Расставаясь с Софией в двад­цать три года, я верил в свои возможности. Я отправлялся в один из лучших европейских клубов и хотел войти с ним в историю

Я болгарин и никогда об этом не забываю. Пятьсот лет мои предки боролись за то, чтобы мы жили в свободном, не­зависимом государстве. Боролись за то, чтобы жить лучше. Это я твердо усвоил. Поэтому в момент победы всегда думаю о них. Горжусь, что Болгария, население которой всего-то восемь миллионов, впереди многих футбольных держав.

Я всегда хотел доиграть в футбольном клубе «Барселона» до конца карьеры, а потом вернуться в Болгарию и посвятить себя тренерской работе. И кто знает, может однажды мне предстоит вер­нуться на «Ноу Камп» и занять место на скамейке сине-гра­натовых в качестве тренера.

С «Барсой» мною пережиты незабываемые моменты, а эмо­циональным пиком стала победа в Кубке чемпионов в 1992 году. Она много значила для клуба, для жителей всей Катало­нии, для тысяч наших почитателей, которые, бросив все, от­правились за нами на «Уэмбли». Никто из них не вспоминал о Севилье, о том несчастном финале со «Стяуа».** Все на­страивались только на победу. В раздевалке перед игрой было слышно, как на трибунах «Уэмбли» пели. И я сказал себе: «Мы не можем проиграть, эти люди заслуживают победы, и мы отдадим ради нее все силы».

Тот сезон был для меня не простым. Лишь благодаря под­арку «Тенерифе» мы второй раз подряд стали чемпионами Испании***. Обострились мои отношения с Йоханом Круиффом. И все же я отказался подписать многомиллионный кон­тракт с «Пари Сен Жермен», потеряв большую сумму, чтобы только остаться в «Барсе». В отношении парижан я поступил плохо, но не решился повернуться спиной к людям, которые скандировали мое имя и просили остаться. Сердце возоблада­ло над разумом. Я не раскаиваюсь. Никогда не раскаивался, хотя иногда подумывал, что бы было, если бы подписал кон­тракт с «ПСЖ».

В «Барсе» я достиг всего, о чем мечтал в детстве и позднее, когда уже находился в софийском клубе «ЦСКА». В Барселоне родилась моя вторая дочь Кристина, здесь мне удалось под­нять уровень жизни моей семьи, дать образование обеим до­черям и должным образом отблагодарить мою жену Мариану, которая помогла мне стать настоящим профессионалом в фут­боле.

Меня окружали замечательные люди, с ними пережиты добрые и горькие времена, но, суммируя сказанное, считаю, что мы со­ставили самую лучшую команду за всю ее историю. Готов пос­порить с любым, что такой «Барсы» никогда не бывало.

На стадионе «Ноу Камп» я повстречался с лучшим тре­нером Йоханом Круиффом, человеком, который поверил в меня, и самым упорным тренером из тех, кого я знал, челове­ком, оказавшимся способным вырвать меня из моего мирка и добиться, чтобы я научился преодолевать себя. Мы пос­тоянно спорили, потому что оба наделены сложным харак­тером, характером победителей, и, хотя стремимся к одной цели, видим разные пути, ведущие к ней. Начинаем с горя­чих дебатов, но постепенно охлаждаемся и, в конце концов, приходим к взаимопониманию. Вместе мы составляли по­бедный тандем…

Сейчас я убедился, что Огнян Атанасов, тренер, который настоял, чтобы я перешел из легкой атлетики в футбол, был абсолютно прав. Очевидно, что я родился, чтобы надевать фут­больные бутсы и забивать голы. Но эта карьера дважды могла закончиться досрочно: один раз, когда болгарские власти несправедливо пожизненно дисквалифицировали меня по политическим соображениям (после финала Кубка-85 меж­ду «ЦСКА» и «Левски»), а в другой, когда я ударил арбитра Урисара Аспитарте на первом году моего пребывания в «Бар­селоне» (1990).

Всему виной мой не ведающий тормозов характер. Убеж­ден, что футболист без характера ничего не достигнет, все большие футболисты обладали сильным характером, но во мне иногда происходит замыкание, и тогда я совершаю пос­тупки, в которых приходится раскаиваться. Однако сделан­ного уже не возвратишь. У меня вспыльчивый характер, что в большинстве случаев помогает мне, но случается, что игра­ет и плохую роль.

Все считают, что жизнь футболиста усыпана розами. Ошибаются. Едва прибыв в Барселону, город моей мечты, я был готов собрать чемоданы и вернуться домой. Представ­ляете мое состояние: нахожусь на игре в Японии, а моя жена Мариана и дочь Михаэла больна, они одни и никто из клуба не желает уделить им ни малейшего внимания. Вот когда я узнал каталонцев, не имеющих казалось, ко мне ни малей­шего отношения, вот когда у меня появились первые и под­линные друзья. Вот когда я, болгарин, почувствовал себя ещё и каталонцем. Чужие люди помогали, ничего не прося взамен.

Read More